Александр Соснин — о круизном бизнесе в России, его подводных камнях и особой речной энергии

Александр Соснин уже более 20 лет руководит круизной компанией, развивая направления речного туризма в России и за рубежом. В спецпроекте «Лица туризма» RUSSPASS Журнала он поделился мнением, как улучшить работу туристического флота, и представил, каким будет его будущее.

Профайл*

От первого лица

«У синергии есть обратная сторона»

— Бренд «Созвездие» вырос из «Инфофлота». Почему в свое время было принято решение разделить продажи и операционное управление флотом? Оправдала ли себя эта стратегия спустя годы?

— На самом деле продажи и управление флотом никогда не были у нас единым целым. Существовали два разных «Инфофлота»: круизный центр «Инфофлот» — агентство, продающее круизы буквально всех компаний, и судоходная компания «Инфофлот», оператор круизного флота. Потому что здесь все отличается: специфика, философия, люди, подходы. Но мы хотели, чтобы получился синергетический эффект — одинаковые имена помогали бы обеим компаниям быстрее развиваться.

Причем это даже получилось. Но у синергии оказалась обратная сторона: люди стали принимать теплоходы других операторов за теплоходы «Инфофлота». Раз круиз куплен в «Инфофлоте», значит, это теплоход «Инфофлота». И часто это были не лучшие теплоходы и операторы. Мы вкладывали много сил и средств в создание достойного сервиса на борту, а нас зачастую оценивали по чужим теплоходам с самого дна отрасли того времени. Когда нам это надоело, мы просто переименовали один из двух «Инфофлотов» в «Созвездие».

— Почему «Созвездие» идет по пути глубокой реновации теплоходов проекта 301 и 302? Каков экономический предел такой модернизации?

— Теплоходы этих проектов — у нас таких шесть единиц — это очень хорошие суда немецкой постройки. Великолепные обводы корпусов, отличная остойчивость, надежные механизмы, большой запас прочности металла. В процессе модернизации мы берем эту базу и полностью перестраиваем пассажирскую зону под современные стандарты: делаем новые каюты, новые общественные пространства, холлы и коридоры. От судна остается только корпус и часть механизмов. Но и корпус с механизмами проходят регулярный ремонт.

Экономический предел такой модернизации меняется в зависимости от множества факторов — от стоимости поддержания флота в рабочем состоянии до ситуации с туризмом в стране и мире. Но, по крайней мере по четырехпалубным теплоходам, этот предел пока не достигнут. Конечно, любая качественная модернизация окупается много лет. В речной отрасли вообще нет быстрых денег и высокой рентабельности. Но на сегодня модернизация четырехпалубников эффективнее строительства новых судов. Хотя и по строительству у нас есть свои проекты.

А вот по трехпалубным теплоходам мы достигли этого предела. Например, наш теплоход «Северная сказка», работающий в Сибири, недавно прошел полную модернизацию стоимостью более ста миллионов рублей. Эти расходы не окупятся никогда, здесь даже неважно, какие будут цены на круизы. Мы продолжаем поэтапно реновировать наши волжские трехпалубники «Н. А. Некрасов» и «Александр Бенуа» просто потому, что мы любим эти теплоходы и у нас многое с ними связано.

Круизный рынок проглатывал любое количество теплоходов

— В последние годы ваш флот активно пополняется — например, «Маленький принц», «Огни большого города». Как вы оцениваете емкость российского круизного рынка? Есть ли риск перенасыщения?

— В течение трех прошедших сезонов российский круизный рынок проглатывал любое количество теплоходов: спрос был очень высокий. В этом году спрос снизился. Пока не критично, но при сохранении тенденции, конечно, будет риск перенасыщения. Посмотрим.

— Какие гидротехнические узлы сильнее всего сдерживают развитие маршрутов?

— Основная проблема — это Нижегородский гидроузел на Волге. К нему примыкает мелководный участок реки от Городца до Балахны, и движение крупного флота там полностью зависит от графика расходов воды через плотину. В течение большей части навигации крупные теплоходы могут проходить этот участок раз в три дня, причем необходимый уровень воды держится всего несколько часов. Да еще и одна шлюзовая камера из двух выведена из работы. Поэтому пропускной способности гидроузла на всех желающих не хватает, и круизным компаниям приходится договариваться между собой на стадии планирования рейсов, это примерно за год до навигации.

Единственный способ изменить эту ситуацию — построить низконапорную плотину между Нижним Новгородом и Городцом. Это подняло бы уровень воды до отметки, достаточной для судоходства, и при этом не пострадали бы береговые сооружения. К сожалению, от такого проекта отказались и вместо этого строят дополнительную шлюзовую камеру для Нижегородского гидроузла. Но это не решит проблему полностью.

— Поможет ли проведение дноуглубления?

— Дноуглубление и разработка перкатов только «просадят» реку, и в конечном итоге станет еще хуже.

— Вы активно осваиваете Байкал, Сибирь и даже зарубежные направления (египетский Нил, реки Сербии). Какой регион оказался самым сложным с точки зрения логистики и почему?

— Байкал и зарубежные реки — это места, где у нас нет своих теплоходов. Но мы хотели делать такие круизы, поэтому придумали проект «Открываем мир с “Созвездием”». То есть мы арендуем теплоход для клиентов «Созвездия», адаптируем программу под вкусы российских гостей, отправляем в эти круизы наших опытных директоров круиза и сопровождающих. Мы работаем по этой программе на Байкале, Ниле, Меконге, Ганге, Дунае и планируем в следующем году начать круизы по Амазонке. Везде теплоход полностью в нашем распоряжении. Никаких групп.

Как раз Амазонка — самый сложный с точки зрения логистики тур. Программа объединяет круиз по Амазонке, Рио-де-Жанейро и водопады Игуасу — это совершенно разные регионы с перелетами между ними. А начинается и заканчивается тур в Сан-Паулу, куда удобнее всего добираться из России.

— Как устроен процесс разработки абсолютно нового круизного маршрута и сколько времени проходит от идеи в вашем блокноте до запуска продаж?

— Это сложный и долгий процесс с множеством расчетов и согласований. Учитывается все: загруженность в конкретные дни шлюзов, причалов, возможность приема больших теплоходов, прогнозируемые глубины в разные сезоны и так далее. Обычно от идеи до реализации проходит полтора-два года, поскольку речные круизы поступают в продажу за год до навигации, и к этому времени весь процесс разработки и согласования маршрутов и расписаний должен быть закончен.

Бывает, что нам перед самой навигацией сообщают, что построен новый хороший причал в интересном месте и что нас там ждут. А мы можем поставить круизы туда только через два года. Потому что уже и на следующую навигацию все рейсы распланированы. Самим бывает обидно. Иногда, правда, ужимаем что-то другое и добавляем новые места в готовые расписания. Но не всегда это возможно.

«Настоящее новое приходит в голову как озарение»

— Ваши теплоходы имеют уникальные концепции: театральный теплоход «Лебединое озеро», музыкальная «Лунная соната». Как эти темы влияют на продажи и помогают ли они привлекать более молодую аудиторию?

— Нет, это для нас просто интересная игра из серии «Почему нет?». Например, почему бы не сделать на теплоходе профессиональный драматический театр? И мы делаем. У нас вообще сейчас много потрясающих вещей в развлекательных программах и много музыкантов и артистов высочайшего уровня. Не только на упомянутых теплоходах.

Рад, что многим гостям эти концепции пришлись по душе. Но целей при этом больше продать или кого-то привлечь мы не ставили. Мы ничего специально не придумываем и даже не практикуем мозговые штурмы. Мозговыми штурмами можно что-то вымучить искусственно. А настоящее новое приходит в голову как озарение.

— Как изменился портрет вашего клиента за последние пять — семь лет? Стал ли круизный турист более требовательным к сервису, ресторанам и экскурсиям?

— Конечно, стал. Этот процесс идет, сколько себя помню. Начиная в 2004 году, мы легко могли выделиться на «безрыбье», первыми вводя на теплоходах разные несложные новинки для российских туристов: «кофе для ранних пташек», уборка кают только во время стоянок и так далее.

Основным тезисом во внутреннем речном туризме было «для российских туристов этого не надо», так говорили почти про все. И для этого были основания: чуть ли не половина речных туристов воспринимала наличие элементарного санузла в каюте как излишество, а некоторых это «излишество» даже раздражало. «Мы не за этим отправляемся в круиз», — говорили они.

Сейчас все совсем по-другому. Ведущие круизные компании давно видят свои теплоходы не как плавсредства для туризма, а как полноценные отели на воде со всеми вытекающими требованиями. И речные закаты от этого не стали хуже. С красивой палубы, из удобного лаунджа или комфортабельной каюты они смотрятся, пожалуй, даже лучше.

«Мы сохраняем большую часть кадров вне сезона»

— Круиз — это отель, ресторан и развлекательная площадка одновременно. Как вы решаете проблему дефицита кадров (капитаны, повара, арт-состав) в условиях жесткой сезонности бизнеса?

— В основном это две составляющих: уровень заработных плат и отношение со стороны руководства компании. Вне сезона мы сохраняем большую часть кадров.

Для кого-то есть работа и зимой: это организация и проведение судоремонта, дежурные службы в затонах и так далее. А кому-то продолжаем платить зарплату, несмотря на то что они зимой не работают, — например, директорам круизов, руководству судовых ресторанов. У нашего арт-менеджера есть идеи, как занять зимой некоторых артистов, это пока в стадии проработки. Но наши артисты отличного уровня. Вне навигации, на берегу, они обычно востребованы и без нас.

В «Созвездии» чуть ли не самая низкая текучесть кадров в отрасли: экипажи стабильны. Это ценится и членами экипажей, поскольку влияет на климат в коллективе, что для людей иногда даже важнее зарплаты.

— Вы много лет ведете подробный блог о речном флоте и путешествиях. Помогает ли этот инструмент в бизнесе или это исключительно ваше хобби?

— Это не инструмент, а просто коммуникация с теми, кому это интересно. Мне важно общаться с единомышленниками. Раньше я активно вел блог, теперь — соцсети, и там я пишу о том, что мне нравится. Часто пишу про круизы, наши и не наши, потому что круизы — то, чем я всецело поглощен. Но я еще заядлый любитель авиации, на чем только не летал — от дирижаблей до бомбардировщиков Второй мировой войны. Много путешествую. Обо всем этом я тоже пишу.

А для бизнеса у «Созвездия» есть официальные соцсети, их ведут другие люди.

— Сталкивались ли вы с ситуацией, когда критика в блоге меняла внутренние процессы в компании?

— Пожалуй, нет. У компании есть гораздо более эффективные инструменты для получения обратной связи. Например, анкеты гостей, которые обрабатываются автоматически, и результаты анализируются специалистами. Пожелания гостей в этих анкетах тоже анализируются. И есть другие инструменты. Но свой личный блог и соцсети я хотел бы оставить для себя и своего видения мира.

— Какой личный стиль управления вам ближе: контролируете каждую гайку или даете подчиненным свободу действий?

— Ни то ни другое. Мой стиль — подобрать правильных людей и настроить систему. Я не занимаюсь контролем, для этого в компании есть профильные специалисты. Они справятся лучше меня. А директора круиза, как и все на борту, работают в рамках жестких регламентов.

«Я бываю на теплоходах не с целью проверок»

— Вы часто отправляетесь в рейсы на своих теплоходах. На что вы обращаете внимание в первую очередь, когда заходите на борт как пассажир? Какую самую неожиданную деталь вы исправили после личной проверки?

— Я бываю на теплоходах не с целью проверок. Размер компании не позволит нам эффективно работать, если я буду все контролировать. Для проверок в компании есть другие люди.

Это сложно объяснить, но на борту я нахожусь на волне, позволяющей мне прочувствовать, как работает «круизная энергия» на борту. Звучит ли она как красивый слаженный оркестр, или где-то спотыкается. Это для меня самое важное. Если энергия спотыкается, то уже можно искать где. И обычно причины этого — не на теплоходе.

Разумеется, если я увижу, что где-то нарушаются наши регламенты, я приму меры. Но на борту ни один член экипажа не услышит от меня обратной связи, даже если попросит ее дать. С любым членом экипажа я буду одинаково вежлив независимо от ситуации. А в офисе мы с Александром Сахаровым будем проводить настройки внутри компании и работать с руководителями, ответственными за конкретные направления. Надо устранять первопричины проблем, а не отдавать распоряжения на борту, нарушая все мыслимые правила субординации.

— Круизный туризм часто называют защищенным от кризисов из-за высокой доли возвратных клиентов. Так ли это сегодня и какой процент туристов возвращается на ваши теплоходы?

— У нашей компании высокий процент возвратных клиентов, это больше половины всех путешественников. В целом по отрасли процент меньше, но тоже высокий. Почему так происходит? Потому что круиз — это комфортная, безопасная среда, где о человеке заботятся буквально круглосуточно. И это в чем-то терапевтический вид отдыха, потому что река успокаивает.

Так что да, какой-то запас прочности у речных круизов есть в силу специфики этого вида отдыха. Но это, конечно, не повод расслабляться.

— Если бы государство могло сделать только один шаг для поддержки речного туризма, какая мера была бы самой эффективной для судовладельцев?

— Самая эффективная мера для поддержки речного туризма — это субсидирование льготной лизинговой ставки для судостроения. Такая программа есть, она действует.

Еще одна проблема — в России мало верфей, способных построить крупное круизное судно. Танкер или краболов — да, но не сложный круизный лайнер. Как здесь в близкой перспективе может помочь государство — не представляю.

Как работает судостроительная верфь в Москве →

«Наш фокус сохранится на речных круизах»

— Каким вы видите идеальное «Созвездие» еще через 10 лет? Появится ли в компании собственный морской лайнер большого класса?

— Большой морской лайнер — вряд ли: это совсем другое направление туризма и другая специфика. Но появление у нас морских экспедиционных судов средних размеров я не исключаю. Я и сам, помимо речных круизов, очень люблю именно морские экспедиции на небольших судах.

Но все же наш фокус будет сохраняться на реке, со стабильно качественным сервисом на борту и использованием современных технологий. Думаю, что через 10 лет наша флотилия будет состоять как из капитально модернизированных, так и из вновь построенных теплоходов. Эти новые суда мы уже будем строить с возможностью работы не только на реке, но и в море. То есть география наших круизов будет расширяться.

* На момент публикации.

Фото: предоставлены круизной компанией «Созвездие»; личный архив Александра Соснина.