В Москве так принято: чайная пара и чаепитие как традиция

Чай в России — и в Москве в частности — вот уже почти два века не просто напиток, но и классика легкого «приветственного» угощения. За чаем знакомятся (например, с родителями жениха или невесты), ведут переговоры, раскрывают душу. А настоящее московское чаепитие должно быть непременно из фарфоровых чашек с блюдцами — так скажет любой из москвичей в третьем и дальше поколениях, и здесь тот случай, когда послушаться «коренных» уместно. RUSSPASS Журнал рассказывает, что такое чайная пара, как менялись с поколениями правила чаепития и как правильно наслаждаться напитком сейчас.

Если бы в Москве не было принято пить чай — то, наверное, и в гости бы друг к другу давно никто не ходил. Потому что званый обед с какой-нибудь бараниной под хреном — это все-таки обязывает, и приглашать даже близких друзей в таком формате обычная хозяйка будет не чаще пары-тройки раз в год. И то сказать: даже отец Онегина, как известно, на трех балах ежегодно в итоге промотался, к чему повторять подвиг. Иное дело — чай, который делается быстро, а угощения (как говорили в старину, «заедки») можно иметь в запасе в буфете. А порядочный гость, кстати, придет к чаю не с пустыми руками — вот и еще упрощается задача для хозяев.

И вот мы уже начали о традициях. Приходить к чаю хоть с каким-нибудь символическим угощением — первая из них.

А вот когда мы уже поприветствовали хозяев, помыли руки и, смеясь и болтая о том о сем, проходим на кухню (или, если попали в дом с уж очень старыми традициями, то в столовую) — тут начинается собственно чаепитие. Если мы в гостях у очень близких людей и без особого повода — то, конечно, в ход обычно идут повседневные фаянсовые или стеклянные кружки. В которых хоть чай, хоть кофе, хоть квас или даже колу можно налить. Кружки — это знак, что здесь и сейчас мы «без чинов и галстуков».

Но если есть повод, или гости не настолько близкие, или хозяева дома настоящие знатоки и блюстители чайной культуры — на столе обязательно окажутся фарфоровые чашки с блюдечками. Которые в ценниках посудных магазинов называются «чайными парами». Здесь, пока не разлили чай (а в чашки его разливают обычно не каждый сам себе, а кто-то один и сразу всем), уместно будет даже перевернуть посуду и рассмотреть клейма — и похвалить, непременно похвалить, если вы в этом разбираетесь. Для тех, кто знает толк в фарфоре — самая, кстати, светская выйдет беседа. И это еще одна традиция.

От англоманства к русскому народному

Чайной посуде на нашей почве — почти три века: столько же, сколько традиции пить чай. Сам напиток мы еще в допетровские времена научились возить из Китая напрямую, минуя европейских посредников, — а вот китайскую церемонию не переняли, предпочтя английскую. Вот и с посудой вышло аналогичным образом: хотя фарфор придумали те же изобретатели, что бумагу и порох, чайные чашки из него у нас западного образца.

Чем, собственно, отличается английский чайный обычай от китайского? Прежде всего тем, что «стандартный» чай у англичан черный (у китайцев — масса вариантов, но базовый все-таки тот, что мы называем зеленым). И температура его выше, чем «в оригинале»: кипяток в Китае, как известно, пьют и просто так, для согревания, но вот вкус чая, на взгляд китайцев, слишком горячая вода лишь портит.

Поэтому китайский чайный прибор состоял из пиалы, крышечки для «запаривания» чая и более мелкой пиалы, служившей подставкой под первую. Чтобы не проливать чай, и заодно для теплоизоляции. Европейцы придумали для этой пиалы ручку — и это было естественно для людей, привыкших пить пиво из кружек. Так и повелось. Крышечки для чашек в XVIII веке, кстати, еще делали — а вот потом этот атрибут мало-помалу «отвалился».

Итак, чайную посуду из фарфора мы восприняли из Европы. Но почти сразу она начала самобытно эволюционировать (хоть наши производители, конечно, и сверялись с западными трендами): например, именно русские чайные пары отличались глубокими блюдцами, из которых удобно пить чай, если он слишком горячий.

Вот, кстати, и третья московская чайная традиция: кто из выросших в столице детей не пил чаю из блюдца! Это ведь так удобно, если в исходном виде он «раскаленный»… Жалко только, что этот обычай сейчас под угрозой: маловато стало глубоких, пригодных для этого блюдец.

Ценное приданое

В XVIII веке фарфоровые изделия называли у нас не только «порцелановыми» (простая транслитерация от porcelain), но и «ценинными». В принципе, модель словообразования такая же — в Англии фарфор до сих пор называют china, по стране изобретения. Но по-русски получился значащий каламбур: ценился-то фарфор триста лет назад не дешевле золота.

— «Примерно 10–15 % жителей дореволюционной Москвы могли позволить себе именно фарфор, а не более дешевую керамическую или гончарную посуду, — рассказывает Андрей Келлер, председатель производственного кооператива „Дулевский фарфор“. — Иными словами, если в семье был фарфоровый сервиз, речь шла как минимум о среднем классе. И, конечно, разбить фарфоровую посуду в те времена было не „на счастье“, а почти трагедией: вещи были дорогими. Фарфор завещали внукам, передавали в приданом».

В индустриальную эпоху «конкурентом» фарфоровой чашке с блюдцем стал стеклянный тонкостенный стакан (кстати, азиатская штука — в Турции, как известно, из них чай и пьют) с металлическим подстаканником. Но прижились они прежде всего в трактирах: дешевле получалось «планово бить» стекло, чем фарфор. При этом уже в начале ХХ века и в хороших трактирах (в ресторанах — с самого начала) были чашки и блюдца.

Что такое чайная пара

Вот только в трактирном обиходе «чайной парой» назывались вовсе не они. Заказав «пару чаю» клиент, конечно, получал чашку с блюдцем (из чего же еще пить?), но сама пара представляла собой два чайника — один побольше, с кипятком, другой поменьше, заварочный. Они ставились один на другой — с нижнего, который с кипятком, предварительно снималась крышка, чтобы верхний не только стоял на его верхушке, но и подогревался.

— «А вот после революции было принято решение сделать фарфор максимально доступным для массового потребителя, — продолжает Андрей Келлер. Поэтому формы упростили, а затем начали формовать посуду на полуавтоматах. Фарфор в итоге стал посудой доступной — несколько дороже фаянса и стекла, но зато долговечнее и изящнее».

Конечно, именно из этой — индустриально-экономичной — эпохи большинство фарфоровых чашек в московских домах. Но став тиражным, фарфор не стал менее уютным и не потерял своей функциональности. А также, кстати говоря, остался желанным предметом для коллекционирования: за специальными сериями посуды (как нынешняя сувенирная «Московское чаепитие») ценители гоняются не меньше, чем филателисты за марками.

А значит, по-прежнему почти в каждом посудном шкафчике города найдется хоть одна чайная пара. И когда приходит особый повод или просто настроение — мы наливаем чай в тонкий фарфор, ставим чашку на блюдце и наслаждаемся медленной и правильной жизнью. Это ведь так по-московски.

Фото: РИА Новости; Irina Starikova1811, PhotoJuli86 — Shutterstock/FOTODOM